ПРОЕКТ, ОТКРЫТЫЙ УСПЕХУ. Прямые инвестиции как ресурс развития бизнеса

ПРОЕКТ, ОТКРЫТЫЙ УСПЕХУ. Прямые инвестиции как ресурс развития бизнеса

Про инвестиции уже не первый год активно и горячо говорят властные структуры, общество, СМИ. Увы, инвестиций от этого больше не становится. Шаманское заклинание с использованием модного экономического термина скорее выхолащивает содержание последнего, чем стимулирует инвестиционные процессы. Между тем, критерием истины везде – и в экономике в особенности – была и остается практика.

О практической пользе различных видов инвестиций для экономики Беларуси, о прямых инвестициях и их роли в технологическом и управленческом апгрейде отечественного бизнеса и о многом другом корреспондент «БелГазеты» беседовал с Ириной ДЯТЛОВСКОЙ, управляющим партнером компании  «Открытый проект», целенаправленно и эффективно осуществляющей прямые инвестиции в малый и средний бизнес.

-- Все дружно твердят, что инвестиции нужны и важны. Как специалист по инвестициям вы разделяете эту точку зрения?
-- Нужны, но какие? Инвесторы бывают разные, хотя несомненно, что они руководствуются в своей деятельности некими общими принципами. Например, ориентируются на рейтинг инвестиционной привлекательности страны, основные экономические показатели и т.п. Но в остальном цели и задачи, которые они ставят перед собою, -- разные, зачастую диаметрально противоположные…

-- У нас с особым пиететом относятся к стратегическим инвесторам. Каково значение стратегических инвестиций для экономики страны?
-- Оно тоже может быть разным. Вполне допустим вариант, когда стратегический инвестор выкупает предприятие и затем уничтожает его как реального или потенциального конкурента. Естественно, в этом случае национальной экономике стратегические инвестиции никакого блага не несут.
Но не будем концентрировать внимание на таких очевидных для оценки ситуациях. Оценим реальные стратегические инвестиционные проекты, активно обсуждавшиеся в последние годы в Беларуси. Например, к нам на рынок порывался прийти такой инвестор, как крупная мебельная ТНК. Спору нет, компания замечательная. Но я должна отдать должное нашему правительству и лоббистам мебельной отрасли: они быстро сообразили, что на тот момент принять стратегического инвестора подобного масштаба и одновременно отстоять интересы нашей деревообрабатывающей промышленности мы бы явно не сумели. Потому проект остался не осуществленным.
Напротив, если приходят датчане, инвестируют в животноводство, понимая, что здесь есть нормальное сырье, ставят современные технологические линии, размещают производство, - это действительно необходимо и интересно. Потому что целая отрасль получает технологии и импульс к развитию.
Интересы стратегического инвестора – получение стратегической синергии: новый рынок сбыта, производство при большей дешевизне сырья и рабочей силы, возможность усиления своих позиций и т.п. Все эти интересы необходимо сверять с интересами национальной экономики. Поэтому подход к стратегическим инвестициям должен быть сугубо индивидуальным.

-- Поскольку разговор о портфельных инвесторах в отсутствие нормального фондового рынка бессмыслен, давайте сразу перейдем к прямым инвестициям. Как вы оцениваете значение для отечественной экономики прямых финансовых инвесторов?
-- Прямые финансовые инвесторы, на мой взгляд, формируют конкретные перспективы развития экономики страны. Если мы посмотрим на структуру промышленного комплекса Беларуси, то окажется, что у нас есть очень много отраслей, где большинство предприятий дышат на ладан, выживая исключительно благодаря госсубсидиям. Да, государство по отношению к таким предприятиям выступает в функции инвестиционного банкира. Но как долго оно сможет это делать, особенно в контексте роста цен на энергоносители? И насколько такая роль отвечает экономическим интересам самого государства?
Прямые финансовые инвесторы ценны тем, что они заинтересованы в развитии реального сектора, т.е. их интересы совпадают с государственными. Они заинтересованы и в повышении стоимости компании. Наконец, они не могут уничтожить компанию как потенциального конкурента, поскольку не обладают контрольным пакетом. Их цель – пройти с предприятием определенный путь, чтобы затем продать свою долю. Как правило, финансовые инвесторы обладают огромным опытом размещения своих ресурсов в самых разных отраслях и самых разных предприятиях. Они приносят свои связи, свой опыт, свои возможности выводить предприятия на качественно иной уровень развития. Если мы говорим, что хотим стать высокотехнологичной страной, перейти к постиндустриальной экономике, генерировать и внедрять инновации, то мы должны договаривать: это рисковые сферы деятельности. Поэтому рынок прямых финансовых инвестиций – это рынок рискового капитала, предполагающий высокие ставки и высокие выигрыши.
Прямой инвестор вообще готов к риску – не взирая на страновые инвестиционные рейтинги, зачастую даже вопреки им. Поэтому часто он появляется там, куда стратегического инвестора заманить довольно сложно.

-- Приоритет прямых инвестиций перед стратегическими, с вашей точки зрения, обусловлен именно перечисленными факторами?
-- Не только. У нас в стране много крупных, средних и малых предприятий, но большинство из них находится отнюдь не на стадии значительного расширения, потому не слишком ценны с точки зрения глобального рынка и вряд ли вызовут интерес стратегических инвесторов. Оттого и стратегические инвесторы идут к нам, мягко говоря, не очень охотно.
С другой стороны, в белорусской экономике масса незанятых ниш и предприятий, находящихся на стадии start up и коммерционализации,. Они чрезвычайно интересны прямым инвесторам в силу возможности технологического переоснащения, инновационных прорывов, освоения новых управленческих методик. Однако это всегда риск, а государство не может уделять внимание этому динамичному и высокорисковому сектору: у него на плечах крупные предприятия. Однако малому и среднему бизнесу (МСБ) тоже нужны финансовые инвестиции для поддержания и развития его «кровеносной системы».

-- Как «Открытый проект», осуществляя инвестиции в МСБ, оценивает объекты инвестиций с точки зрения привлекательности, перспективности, способности к развитию?
-- Наша компания – одна из немногих, способных инвестировать пусть небольшие, но собственные средства. Приведу некоторые примеры наших последних проектов. Во-первых, рекламно-издательский бизнес, специализирующийся на выпуске 5 справочников, адресованных потребителю, а не втиснутых в рамки формата b2b. Во-вторых, бизнес, связанный с дизайном, производством упаковки и этикетки и т.п. Для Беларуси это тоже очень интересная и новая тема. Третий бизнес, проинвестированный нами, - консалтинговый, бухгалтерско-аудиторский. Все три проекта оценивались нами с точки зрения перспектив. Эти инвестиционные проекты выбирались из почти 200 конкурирующих по нашим собственным критериям…

-- Каким, если не секрет?
-- Прежде всего – динамичная, спаянная, адекватно относящаяся друг к другу команда, уровень менеджмента, потенциал роста. Нам интересны рынок или отрасль в стадии прототипа, сулящие 2-5-кратный, а то и 10-кратный рост. Кроме того, прямой инвестор вынужден с юридической точки зрения обеспечивать механизм выхода из бизнеса, продажи своей доли и реинвестирования вырученных средств в другие бизнесы. Ну и, конечно, ожидаемые финансовые показатели. Российские инвесторы ориентируются на доходность не ниже 40% годовых, поэтому и 70%, и 100% для таких проектов – совершенно нормальные, даже заурядные показатели. Важно также наличие корпоративной стратегии. Да, мы можем помочь в ее разработке, но главное – чтобы стратегическое видение, наброски стратегии присутствовали у самих владельцев. Наконец, прозрачность бизнеса. Непрозрачный бизнес инвестора по определению привлечь не может.

-- Столь кропотливая оценка инвестиционных проектов – нелегкая процедура. Как «Открытый проект» справляется с ней?
-- Нами построена достаточно жесткая система фильтров. Прежде всего, владелец бизнеса (автор проекта) должен представить этот проект в форме, удобной для инвестора: описать основные параметры бизнеса в развитии, ориентируясь на формы и шаблоны анкетного типа, разработанные нами. Основная бизнесидея, текущее состояние бизнеса, цель развития, команда, продукт, рынок и его перспектива, необходимость в инвестициях и срок их окупаемости – вот что интересует прямого инвестора. Подобная формализация процедуры дает базу для сравнения разных проектов.
Еще один фильтр отбора – отраслевой. Мы не работаем, например, с такими отраслями, как табачный бизнес, оптовая торговля, стратегическое сырье. Неинтересны нам и проекты в формате крупного бизнеса. С другой стороны, у нас есть российские, литовские, латвийские партнеры, рассматривающие проекты, которые мы рекомендуем. Здесь мы скорее готовы играть роль инвестиционного консультанта, т.е. находить других инвесторов.

-- Какие барьеры в предпринимательском сознании тормозят прямые инвестиции в малый и средний бизнес?
-- Мы оказались одними из первых, кто стал проводить популяризаторскую, просветительскую работу в области инвестиций. Первая задача, стоявшая перед нами, сводилась к тому, чтобы объяснить: кроме заемных денег, банковских кредитов и т.п. есть и иные формы финансирования развития бизнеса. Причем эти формы – прямые инвестиции – связаны не только с получением денег, но и с обретением партнеров в бизнесе, способных предоставить управленческие технологии, связи, опыт. Прямые инвесторы способны определить, что именно будет расти, и помочь этим росткам конкретных бизнесов преодолеть дистанцию до стадии цветения и плодоношения. Основные условия профессионализма инвесторов и управляющих компаний – умение получить поток инвест-проектов, выращивать и сопровождать их. Прямые и венчурные инвесторы традиционно в большей или меньшей степени помогают и с разработкой стратегии, и с принятием ключевых для развития бизнеса решений. Наши предприниматели не всегда понимают этот механизм, основанный на разделении ответственности между инвестором и владельцем бизнеса.

-- Инвестор и предприниматель делят поровну не только ответственность, но и риски?
-- Естественно. Вместе с тем, механизм вмешательства инвестора в хоздея-тельность предприятия достаточно гибкий, поскольку у него нет контрольного пакета акций. Да, как правило, прямой инвестор может заблокировать то или иное решение, но, скажем, разогнать топ-менеджмент – нет. Это общепринятая во всем мире модель: вырастить малый или средний бизнес, работая сообща. Ну а в процессе роста, при переходе компании с локального уровня на уровень региональный пусть подключается стратегический инвестор.

-- Высокорисковый характер прямых инвестиций обусловливает их высокую доходность…
-- Это нормально и оправдано – заинтересованность инвестора в результатах собственных вложений. Высококвалифицированная, связанная с анализом огромного объема информации работа, требующая определенных социально-психологических навыков и интенсивных коммуникаций, по определению должна приносить такие дивиденды. Еще раз подчеркну: это плата за профессионализм, за риск, за разделенную с владельцем бизнеса ответственность. Мы вкладываем в наши начинания не только свои деньги, но и свою жизнь.
Во всем мире в отличие от Беларуси фонды аккумулируют средства богатых людей, пресыщенных вложениями в депозиты, недвижимость, вдоволь наигравшихся на фондовом рынке и т.п. Фонд не сам размещает деньги где-либо – он нанимает управляющую инвестиционную компанию, занимающуюся анализом и отбором проектов, а также инвестированием. И то, что у нас нет законодательной базы для деятельности подобных инвестиционных фондов и управляющих компаний, -- объективное следствие неготовности к такому способу вложения денег самих инвесторов. К слову, и работающие в России фонды имеют западную «прописку», юрисдикцию – от Швейцарии до Каймановых островов.

-- Владельца бизнеса, ожидающего инвестиций, наверняка интересуют механизмы участия инвестора в управлении его компанией. Какой инструментарий используется «Открытым проектом» для этого?
-- Прежде всего юридический. Ничего более практически ценного и актуального нет, как и альтернатив юридически продуманному распределению полномочий. Оговариваются и документально фиксируются в соответствии с законодательством все вопросы: полномочия в составе совета директоров, необходимость управленческого учета для прозрачности, due diligence (комплексный аудит, инициированный заинтересованным лицом) при вхождении. Не секрет, что зачастую внешне аппетитный проект на поверку оказывается проблемным.
На этапе участия в управлении ролевые позиции обозначаются не менее четко. Должны быть проведены процедуры, гарантирующие прозрачность в принятии решений, в клиентских базах, в финансовых операциях, решены вопросы управления и делегирования полномочий.

-- «Открытый проект» гарантирует партнерам также консультационное сопровождение. Что включает в себя этот пакет?
- Если речь идет о дефиците компетенций у персонала, то мы можем компетентно посоветовать к кому из операторов рынка бизнес-образования обратится. Также мы можем порекомендовать рекламистов, юристов, аудиторов.
Но если речь идет о таких сложных и комплексных вопросах как разработка стратегического плана развития компании, включая маркетинговые исследования, финансовое планирование и т.д., то такие услуги мы оказываем самостоятельно. Мы пожалуй единственная компания в Беларуси, которая берется за разработку комплексной стратегии развития бизнеса. Причем эта услуга у нас не только для проинвестированных предприятий. В нашем активе разработанные стратегии для нескольких крупных белорусских компаний - лидеров рынка.

-- Финальный вопрос. Инвестор обычно продает свою долю в бизнесе спустя определенное время, причем продает дороже, чем покупал. Когда это происходит?
-- Классический вариант – 3-7 лет. У нас – 3-5 лет, учитывая специфику белорусской экономики. Однажды мы продали свою долю через год, поскольку развитие бизнеса требовало стратегических решений по выходу на смежные рынки. Компания и по сей день работает успешно. И этот успех – во многом результат и наших усилий.
Привлекая прямые инвестиции, собственник получает мощный рычаг для развития своего бизнеса. Страна же, сделавшая ставку на прямые инвестиции, обретает не менее мощный инструмент для технологического обновления национальной экономики за счет наиболее прорывных отраслей. Главное – уметь этим рычагом воспользоваться.

Опубликовано в «Белгазете»
№42 (561) от 23.10.2006